В двух словах (fyysik) wrote,
В двух словах
fyysik

Categories:

Захватывающее чтиво. Спецслужбы предупреждали Ансипа.

Полезно читать и эстонским френдам, и российским, и израильским и американским, и даже альбацам.

Часть первая.
Эстонское журналистское расследование всей истории событий

Тармо Вахтер, Арго Идеон, Сулев Ведлер, Михкель Кярмас, Прийт Хыбемяги, Мадис Юрген, Тийна Йыгеда
3 мая 2007 17:42
Начавшаяся 26 апреля 2007 года операция Андруса Ансипа по снятию с Тынисмяги Бронзового солдата повлекла за собой крупнейшие в новейшей истории Эстонии беспорядки. Eesti Ekspress расследовал: кто хотел убрать памятник? Чего добивалась Партия реформ? Кто был против переноса памятника? О чем предупреждали спецслужбы? Как было принято решение о снятии памятника? Что происходило ночью в кризисном центре? Чем занималось правительство? Как Сависаар упустил свой шанс?
Еще год назад у премьер-министра Андруса Ансипа не было ясной позиции по Бронзовому солдату. На празднике у австрийского посла в Пирита он спрашивает у редактора отдела культуры Eesti Ekspress Харри Лийвранда, что делать.Лийвранд хвалит статую как произведение искусства, но находит, что идеологически она не годится для Тынисмяги. Следующий день — 9 мая. Несколько эстонцев приходят к Бронзовому солдату с сине-черно-белым флагом, чтобы выразить свое мнение. Возлагавшие цветы русские несут красные флаги советской армии. Возникает конфликт. Охраняющая порядок полиция находит нужным посадить эстонцев в микроавтобус и увезти.В середине мая Ансип с рабочим визитом находится в Западной Европе. Бронзовый солдат правительство не интересует. Заместитель премьер-министра Виллу Рейльян занимается медведем на Рухну.

В один прекрасный день Ансипу из Тарту звонит поэт Хандо Руннель.

Поэт сообщает, что видел по телевизору, как эстонцам было нанесено грубейшее со времен оккупации 1940 года оскорбление. В сердце столицы есть место, куда нельзя придти с эстонским флагом!Руннель очень влиятелен как советский диссидент. Он редко выступает, и его мнение очень льстит Ансипу как бывшему мэру Тарту. Ансип безумно счастлив, что Руннель позвонил ему лично. Премьер-министр многим рассказывает об этом и обещает убрать памятник с Тынисмяги.22 мая Ансип впервые объявляет по Эстонскому радио, что памятник следует убрать "как можно быстрее".Три дня спустя премьер-министр выступает на пресс-конференции. Рийна Койт из "Актуальной камеры" спрашивает: "Как вы считаете, насколько велик риск, что ситуация выйдет из-под контроля?" Ансип отвечает, что "такой возможности нельзя исключить, но я не считаю это вероятным".Он добавляет, что "я не опасаюсь, что имиджу Эстонии повредит, если мы сами будем решать в своем государстве, какие памятники находятся в подходящем месте, а какие нет".

Реформисты готовятся к выборам.В верхушке Партии реформ перенос памятника поддерживают Райн Розиманнус (38) и Кейт Пентус (31). Эта семья имеет большой вес в партии, называющей себя лидером в Эстонии. Пентус весной 2006 года возглавляет бюро премьер-министра, Розиманнус является вице-председателем фракции.Их интересы во многом прагматичны. Народ через год выбирает новый Рийгикогу, и премьер-министру Ансипу нужны лишние голоса. Для этого следует вывести партию из ниши, ориентированной на сверхлиберальную рыночную экономику.Реформисты знают, что у русских они много голосов не получат, большинство в любом случае соберет Центристская партия Эдгара Сависаара. Но Союз отечества может отбить некоторые голоса националистов. Следует только погромче бить в барабан.В Партии реформ есть и противники переноса памятника. Самые именитые из них — вице-председатель Меэлис Атонен и вице-спикер Рийгикогу, нынешний министр социальных дел Марет Марипуу. По поводу памятника идут споры, однако после того, как премьер-министр принимает решение, они затихают. Об этом больше не говорится ни в руководстве партии, ни на собраниях реформистской фракции.
Политики плюют на КАПО.Для русских Великая отечественная война и Бронзовый солдат — святая тема. 10 мая на русскоязычном Delfi комментаторы "швед" и "реальный" призывают защитить памятник. Рождается движение "Ночной дозор". Это выводит из себя эстонских экстремистов.26 мая министр внутренних дел Калле Лаанет запрещает все демонстрации около Бронзового солдата. Полиция огораживает зеленую зону вокруг памятника лентой и приступает к охране Тынисмяги.
КАПО составляет для правительства анализ риска. Это государственная тайна, которая будет засекречена в течение 25 лет.Ансип ознакомляет с анализом риска коалиционный совет. В документе целый ряд пунктов, где перечисляется, что может случиться, если не убрать памятник, и что случится, если памятник уберут. В качестве одного из вариантов предполагается, что русские придут защищать памятник.Со своей стороны КАПО не дает рекомендаций правительству. Однако решение у премьер-министра и его треста мозгов уже есть. Они считают капошников недотепами, которым нравится бывать на обсуждениях по борьбе с терроризмом на Западе и марать бумагу. По мнению политиков, контрразведка просто проспала нужный момент для успокоения и подкупа экстремистов. Поэтому они решают показать себя деятелями и окончательно решить проблему.Перед общественностью Ансип снимает напряжение. 29 июня он заявляет на пресс-конференции правительства: "Я не представляю себе, что кто-то может пойти на Тынисмяги и под покровом ночи подцепить Бронзового солдата на крючок подъемного крана и куда-то увезти".

Свой человек координирует спецслужбы.В сентябре Тоомаса Хендрика Ильвес избирают президентом Эстонии. Это играет важную роль в развитии событий. Одним из главных организаторов победы является Розиманнус, который таким образом лишил социал-демократов их лучшего кандидата в премьер-министры. Баллотирование Ильвеса на выборах в Рийгикогу могло бы серьезно ослабить позиции Ансипа.После избрания Ильвеса из Госканцелярии уходит директор координационного бюро по безопасности Райнер Сакс. Департамент Сакса координировал работу эстонских спецслужб. Теперь ближайшее окружение Ансипа усматривает возможность взять спецслужбы под свой контроль. Для этого нужен доверенный человек.Выбор падает на генерального директора служебного отдела Пыхьяской префектуры полиции, 32-летнего Андреаса Анвельта. Анвельт ранее возглавлял таллиннский центральный отдел полиции. Кейт Пентус была старейшиной этого же района.Анвельт считается приятным человеком, но у него есть один большой недостаток. Он ранее не сталкивался ни с разведкой, ни с контрразведкой. Профессионалы этого дела за глаза зовут его "Констеблем".

Рийгикогу не понимает опасности закона о военных захоронениях. 10 января Рийгикогу принимает закон о защите военных захоронений. Президент Ильвес провозглашает его на следующий день. В этом законе никто не усматривает очень большой проблемы. За него проголосовали даже центристы Айн Сеппик и Кюлло Арьякас.Однако русские депутаты от Партии реформ Сергей Иванов и Татьяна Муравьева воздерживаются от голосования. Они делают это и 15 февраля, когда на голосование ставится закон о запрещенных сооружениях. Иванов оформляет себе заграничную командировку, Муравьева просто потихоньку выходит из зала.
На этот раз президент Ильвес не провозглашает закон. И в Центристской партии, и в Кадриорге считают, что перенос памятника приостановлен.Однако зимой в Партии реформ рождается мысль перенести памятник непосредственно после выборов в Рийгикогу, т.е. в последние дни, когда у власти еще находится старое правительство. А для этого необходимо применить закон о военных захоронениях.Министр обороны Юрген Лиги подтверждает Eesti Ekspress в начале февраля, что он готов отдать приказ о переносе памятник: "Конечно!" Как один из вариантов рассматривается перенос статуи и оставление на месте каменной стены. А может, русские сами его снимут? Вскоре реформисты понимают, что не смогут осуществить секретный план. Кроме того, министр внутренних дел Калле Лаанет с этим не согласен.Во-первых, Лаанет входит в Центристскую партию, которая советует оставить памятник в покое. Во-вторых, у него уже есть опыт сноса одного памятника. Когда в 2004 году он был префектом ляэнеским префектом полиции, правительство приказало убрать в Лихула статую человека в немецком мундире. Лаанет отказался выполнять устный приказ. Письменный приказ спас его репутацию, виновным осталось правительство Юхана Партса.Лаанет заказал у КАПО по поводу Бронзового солдата несколько прогнозов, последний из них — непосредственно перед тем, как уйти с должности, в начале года. В прогнозе значилось, что, если памятник будет перенесен силой, могут последовать беспокойства, как в Париже.Лаанет знает, что насильственное перемещение памятников опасно. Но он считает, что нельзя сидеть, сложа руки. "У эстонской полиции есть другие дела, помимо того, чтобы охранять Бронзового солдата и быть громоотводом", — открыто говорит Лаанет в мае 2006 года.Лаанет считает необходимым создать комиссию, куда вошли бы представители "обеих сторон". Есть два варианта. Во-первых, удастся ли придать памятнику другое значение, которое подошло бы и эстонцам, и русским? Другая идея гениальна. Согласно этой идее, памятник с Тынисмяги унесут сами русские. Конечно, это будет возможно только после 9 мая. Для Центристской партии это означает своего рода двойную игру. Поскольку Сависаару необходимы на выборах голоса русских, он открыто начинает защищать памятник. Однако если бы русские выступили с идеей переноса памятника, Сависаар, естественно, их бы поддержал.
Переговоры с ветеранами ведет и Ансип. Премьер-министр неоднократно встречался с представителями ветеранов. "Часть из них выразили поддержку, например, воевавшие в корпусе, которые, в основном, ходят на Метсакальмисту", — сообщил он Eesti Ekspress.
Ильвес: памятники уничтожали советы.24 февраля президент Ильвес держит в зале Ванемуйне в Тарту свою первую речь по случаю Дня независимости. Он делает ядовитые замечания в адрес экономической политики правительства Ансипа и среди прочего говорит: "Да, им не нужен был никакой закон, чтобы уничтожать кладбища павших на войне и памятники нашей Освободительной войны. Но, дорогие соотечественники, вспомним еще раз высказывание Марка Аврелия: лучшая месть — не уподобляться. Мы не ведем себя и не говорим, как советы". "Детский вопрос — что думает о нас Европа в связи с Бронзовым солдатом?" — следует заменить более важным вопросом: что Эстония делает в Европе?" — портит Ильвес настроение Ансипа.
Аавиксоо пробует свалить ответственность на других.На выборах в Рийгикогу Ансип набирает 22 540 голосов. Даже Арнольд Рюйтель в свои лучшие времена столько не получал. На коалиционных переговорах Ансип неоднократно заявляет, что хотел бы посмотреть, кто еще может побороться с ним за пост премьера при его 22 540 голосов. Он приказывает начать подготовку к переносу Бронзового солдата. В Дом Стенбока прибывают десятки писем, в которых люди делают свои предложения в связи с Бронзовым солдатом. Проблему должна решить сформированная при министерстве обороны комиссия по военным захоронениям. 9 марта комиссия рекомендует министру обороны перезахоронить останки. Вначале работы идут под руководством Юргена Лиги, а затем — неожиданно ставшего министром обороны бывшего ректора Тартуского университета Яака Аавиксоо. Он начинает реализовывать проект, авторство которого принадлежит Партии реформ.
Часть 1 §8 закона о военных захоронениях гласит, что останки подлежат перезахоронению, если воинская могила находится в ненадлежащем месте. Решение в этом случае принимает министр обороны. В части 2 §8 говорится о перезахоронении в случае "общественного интереса" или "по соображениям безопасности". В этом случае решение принимает все правительство.
В середине апреля Аавиксоо предлагает план, по которому ответственность ложится на все правительство. По этой идее, правительство вечером 19 апреля принимает тайное решение по снятию Бронзового солдата. В этом случае памятник был бы снят в ночь на пятницу 27 апреля и уже в воскресенье установлен на кладбище.
На Тынисмяги может придти 15 000 человек! Во вторник 17 апреля вопрос обсуждает правительственная комиссия по безопасности. КАПО составляет для правительства новый прогноз, где в качестве одного из сценариев упоминается об уличных беспорядках. Полицейские не возражают премьер-министру. Канцлер министерства иностранных дел Матти Маасикас дает понять, что с точки зрения внешней политики было бы лучше всего, если бы памятник был перенесен как можно быстрее. И Ансип, и некоторые известные деятели Партии реформ заявляют, что на Тынисмяги соберется, мягко говоря, небольшая кучка протестующих. Например, так считал на недавней встрече с журналистами Eesti Ekspress бывший министр обороны Юрген Лиги. Лиги считает себя одним из наиболее осведомленных людей в эстонском государстве, он пишет в своем блоге: "Политики тоже знают кое-что, чего другие не знают. Особенно министры обороны и министры внутренних дел. И эти сведения анализируются". Министр внутренних дел Юри Пихл начинает сомневаться в плане. На следующее утро он приглашает к себе гендиректора КАПО Алдиса Алуса и директора департамента полиции Райво Аэга. Он сообщает им о предупреждениях социал-демократической фракции и говорит, что, по их самому черному сценарию, к памятнику соберутся до 15 000 человек.
Соцдемы угрожают вето, у Ансипа созрел новый план.У соцдемов нет желания участвовать в создании возможного мятежа. Они обсуждают новую информацию на собрании коалиции 18 апреля со своими министрами. Решают, что если Аавиксоо захочет обсудить в правительстве своей план, социал-демократы наложат вето.
Причины:1) план непродуманный, 2) если увозить памятник, то не раньше 9 мая, лучше летом во время отпусков, когда люди уезжают из города.
Министр финансов Ивари Падар звонит Ансипу и сообщает о позиции соцдемов. Значит, план Аавиксоо не проходит. Случайно Ансип и Аавиксо как раз вместе. Анисп убеждает министра обороны. Через несколько часов Аавиксоо подписывает первый документ в связи с началом операции и посылает копии Таллиннской горуправе и департаменту охраны памятников. Он сообщает и журналистам, что в ближайшее время на Тынисмяги начнутся работы по раскопкам и идентификации, а территорию окружат забором. BNS отмечает в своих новостях, что по закону о перезахоронении надо сообщить по меньшей мере за семь дней. Время пошло. Дата начала работ в документе все же не обозначена. Аавиксоо: "Мы ее не объявляли. Велика была вероятность того, что будет попытка незаконно помешать работам".

Во имя Бронзового солдата действует даже Лайне Янес. В четверг 19 апреля в правительстве впервые говорят о бронзовом солдате. Аавиксоо больше не пытается принять решение от имени правительства, хотя некоторые друзья предупреждают, что его делают танкистом. Договариваются, что общественный порядок обеспечит министерство внутренних дел. Пресс-служба правительства рассылает министрам, советникам министров и пресс-службам Партии реформ, Isamaa и Res Publica, Социал-демократической партии пятистраничный документ — что говорить о бронзовом солдате. Но там нет даты начала операции. Кроме того, надо срочно изменить действующие правовые акты.Один из них — постановление министра социальных дел "Требования здравоохранения при хранении, перевозке, захоронении и перезахоронении умерших". Поскольку министр социальных дел Марет Марипуу находится за границей, поправки должна подписать замещающая ее министр культуры Лайне Янес. Бумага за подписью Янес упрощает требования, предъявляемые к эксгумации и транспортировке похороненных в военной могиле. Самое важное в изменениях — избавиться от положения "Эксгумация останков из могилы должна происходить в холодное время года". Кроме того, создание места захоронения не следует согласовывать со службой охраны хдоровья. Как министр культуры Лайне Янес должна срочно принять решение, изменяющее постановление о ремонте и строительстве памятников. В случае военных захоронений больше не нужно разрешения на деятельность от охраны памятников старины. Оба постановления Янес публикуются в Riigi Teataja и вступают в силу через неделю, 26 апреля.

Ланг мчится по скоростным трассам Германии. Хотя правительство Ансипа вступило в должность лишь 5 апреля, министр юстиции Рейн Ланг уже во второй раз берет отпуск: с 21 по 28 апреля. По словам Ланга, это совершенная случайность. Он считал, что сразу после возведения ограды на Тынисмяги беспорядков не будет, а к 9 маю он уже давно будет в Эстонии.Министр с супругой отправляется во Францию, оттуда на остров Гернси. Он пробыл там день, затем ему звонит президент Ильвес и говорит, что творится в Таллинне. Ланг не может сразу уехать с острова. Он мчится на арендованной машине по скоростным трассам в Германию во Франкфурт, одной рукой ведя машину, а в другой постоянно держа мобильный телефон. Ланг летит в Прагу, но не успевает на таллиннский рейс Czech Airlines, поскольку работники аэропорта не могут задержать самолет. Он достает билет на стартующий через полчаса самолет в Хельсинки, откуда бюро путешествий чудом находит ему свободное место на таллиннский самолет.

Начало операции до последнего момента хранится в тайне. Ансип и его ближайшие сподвижники держат точный ход операции в тайне и от большинства товарищей по партии. Официально решение об окружении Тынисмяги принимается на заседании правительственной кризисной комиссии. Ансип в любом случае хочет начать операцию до 9 мая. Начинающаяся неделя подходит, поскольку заседаний в Рийгикогу нет. Многие политики разъехались по всей Эстонии по домам. Это исключает горячие обсуждения в парламенте и освещение дебатов в прессе. Общественности же Ансип на пресс-конференции правительства в четверг обосновывает ограждение памятника следующим образом: "8-9 мая прогнозируется опасность известных конфликтов. Лично я не хотел бы наблюдать там никаких драк из-за мотка колючей проволоки".

Ансип: в нынешнем мае ожидались межнациональные беспорядки. В этот понедельник Анисп задним числом сказал Ekspress: "Экспертизы свидетельствуют, что конфликт на Тынисмяги 9 мая был бы неизбежен. Оценку риска поддержали специалисты в этой области и эксперты. Их оценка была единодушной — скульптуру надо перенести. Другие решения были невозможны. В случае, если бы бронзовый солдат остался на месте, за два-три года возникла бы еще более серьезная напряженность, чем сейчас. И через два-три года решили бы, что все-таки следовало его перенести". Он добавляет: "Велика вероятность, что подобные беспорядки возникли бы уже в этом году в мае, и не только между демонстрантами и правительством, но и между этническими группами, что было бы гораздо опаснее". Примерно то же говорит и Пихл. "Прогноз отвечающих за безопасность ведомств говорил примерно то, что и произошло, — говорит Пихл. — Что такие личности… такие нарушения, когда соберется масса народа, могут произойти, и вопрос в том, что, возможно, не удастся это провести без применения со стороны полиции силы, но, с другой стороны, была и оценка риска, если этого не провести, тогда последствия будут еще тяжелее". Проверить слова Ансипа и Пихла невозможно, поскольку оценки риска — государственная тайна. Кстати, 16 апреля — за десять дней до мятежа — Postimees опубликовал интервью с Пихлом. Министр внутренних дел сказал в нем, что структуры охраны правопорядка в этом году лучше, чем в прошлом году, готовы к 9 мая и не позволят себя неприятно удивить.Мы можем лишь спекулировать на тему о том, что могло произойти 9 мая. Русские отправились бы возлагать цветы и пить водку и снова размахивали бы своими флагами. Кроме молодежи, пришли бы еще живые ветераны войны и многие простые люди. Вряд ли они грабят магазины. Для драки нужна вторая половина — эстонские экстремисты. А их не сотни. Полиция вполне могла бы изолировать эту публику, и мир был бы обеспечен. И в этом случае можно было бы продолжать выполнять план вывоза памятника летом, который поддерживали разумные социал-демократы.
Продолжение и окончание
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 7 comments